Безумный ангел безумные знакомства

Монастырь для безумного ангела | ВКонтакте

безумный ангел безумные знакомства

В моем жире плавают осколки безумных проектов и театральных утопий. Во мне .. ЛИСА: Мы начинаем знакомство с Городом, Пиноккио. Бармен. Сайт знакомств и общения. Любовь, переписка и сексуальные отношения. Умом Россию не понять И все эти фото с российского сайта знакомств тому подтверждение.Да что вы вообще знаете о.

Теперь это предполагавшееся, кажется, затонуло. Смотри, смотри… Пиноккио внимательно изучает карту. Итак, для каждого есть кусочек мира. Даже для выблядков бытия, даже для минус-людей с ослиными головами. Но не для. Удивился, что для ослиных голов есть, а для вас нет? Да нет, даже не удивился.

Над тобой будет смеяться каждый встречный. Ты уже многих встретил? Тебе еще всё предстоит… Это для Джеппетто ты ребеночек, деточка, нежный обитатель склянки, а для прочих вы, сударь - деревянное недоразумение, мелкая растительная нечисть, несостоявшаяся растопка. Никого нет… А, это… Плохая кройка. Бесполая особь, весьма скверно сделанная.

Да какой клоунский номер, так, вышел из полуденного кошмара. У тебя осталось очень мало времени, хозяин всех уровней. Мне нравится, как ты меня называешь. Ладно… словно вспоминает Первое, что я должен был тебе сказать: Про носы и разум я усвоил. Идете вы в город, ну, посмеялись над вами, что дальше? А дальше вы обнаруживаете, что вас отовсюду гонят.

безумный ангел безумные знакомства

И аристократы от своих особняков, и ослиные головы от своих минус-жилищ. И тусовка куколок вас не примет. А они принимают почти. И вы оказываетесь вычеркнуты отовсюду. Так и быть, еще раз покажу. Взгляни на сей потрясающий мир и осознай, что ни в одной его точке тебя. Это тебя нет, чтобы ни говорила твоя паршивая карта. Реплика осталась без внимания. Придуриваться в театре, где тебя будут заставлять делать невесть что и говорить слова, которых ты не понимаешь? А от этого паяцы сходят с ума, которого у них никогда не было, на который они никогда не всходили, и попадают в больницу.

А знаешь ли ты, что такое лунатизм паяцев, паранойя паяцев, паячье бешенство? Да у театральных паяцев бешенство — профессиональная болезнь. Хотя, тебя и в театр не возьмут — сразу в госпиталь… А многие ни на что не годные марионетки начинают воровать и попадают в тюрьму.

Жизнь не любит паяцев. А кого она любит? Жизнь сама подходит к нам и ласкает нас и мажет своим лучшим бальзамом. Саранча, мои братья, выедают целые Империи Счастья. Опустились на цветущий остров, скажем, Кипр, и за 20 секунд забрали. Взмыли, и вся мировая любовь уже у них в животах. И песьеголовые Боги уже смотрят на мир изнутри саранчи. Летят в хитиновых сосудах, как маленькие летчики. В фазе своей стадной. Какой ужас, что я всё это слушаю. Насекомые — нескончаемое обирание цветов счастья.

Уффь, какие бывают цветы! Не такой сор, что у вас здесь Это цветы-гаремы, и одалиски разлизывают тебя изнутри, разлизывают… Из всего живого самый большой кайф от жизни получают насекомые.

Пользователь Безумный.Ангел | Сайт знакомств для ЗАКЛЮЧЕННЫХ

Ммм… Смерть насекомых — самый сладчайший момент. Ты делишься на три, четыре, шесть несравненных наслаждений. В голове, в теле, в оборванных лапках. В миг смерти время растягивается. Это — размазанный, расчлененный Рай. Я доставлю тебя. Ты никому ничего не доставишь, ни боли, ни радости. И мне нечего, и ты уже всё сказал.

Но театр, больница и тюрьма это, в сущности, если очень повезет. Чаще всего марионетке полагается один выход.

безумный ангел безумные знакомства

Так, пройтись по белу свету несколько метров, ощутить всеобщий безудержный хохот и Мир устроен так, что особые невидимые силы быстро обнаруживают марионеток, говорят им: Вот такие дела, имаго. Я тоже хочу попробовать. Да проори ты как следует… Не слышу. Хороший вопрос, имаго, но, кажется, я его не расслышал. Ты не можешь повторить? Гмм… Надо подумать… Что ж, поступай в мой лицей.

Но в вашем лицее обучаются насекомые. А как же тогда вы предлагаете мне, паяцу? Ты опять доказал, что у тебя деревянная голова. Сколько себя помню, пересечение верхней границы ущелья — почти всегда вызывало во мне мистическое чувство перехода в иное. Мне нравилось, отдыхая, сидеть у края скалы и смотреть вперед вниз, стараясь не замечать то, что было под ногами.

Так возникало чувство что находишься не на краю скалы, но на воздухе. Приходило восхитительное чувство полета, так что даже голова кружилась. Когда идешь в группе, не всегда можно остановиться где хочешь и наслаждаться отдыхом сколько пожелается. Но когда ты один… Покой и одиночество всегда мне были роднее общества людей. Почти осязаемая тишина властно вошла мои чувства еще в то время когда два дня назад я вышел из маленького алтайского поселения, но когда я сидел на краю ущелья, то к одиночеству и тишине добавилось что-то новое.

Далее по пути, как мне объяснил Александр Петрович — меня ждал двухчасовой путь по заболоченному лесу. Горы в таком заболоченном лесу надёжно скрываются за вершинами высокого лиственничного леса, поэтому заблудиться в таких местах без компаса, очень даже легко, особенно, если нет опыта.

Мне не хотелось покидать место с видом в долину, из голубоватых просторов которой я только что вышел. Ведь спустя сотню метров пути о Чулышманской долине мне не будет напоминать уже ничто. За той границей ущелья где я отдыхал, менялось все как в сказке; там начинался: На этой границе человек как бы переходил из одного географического мира в.

Может быть, граница ущелья, это то самое место, где человек неведомо для себя самого может переходить в иное измерение? Переходить, но не осознавать это в себе достаточно ясно. Встретить людей здесь было невозможно. Я сидел на краю скалы смотрел вниз и думал о трудности предстоящего пути.

Тропа, надежно набитая на крутом, почти отвесном каменистом подъеме, как мне было объяснено, должна была разбежаться на маленькие тропки и, наконец, совсем исчезнуть из-под ног. Таковы условия в горах. По тропе, по которой я только что поднялся, люди и животные ходили тысячелетиями навеки набив её, но впереди на карте были обозначены болота, а по горным болотам, по одной и той же тропе обычно никто не ходит, потому что топко.

Я знал это и был к этому готов. Остановка на краю Челушманского ущелья — это не только наслаждение красотой раскинувшихся под тобою просторов, но и мысли о болотах, которые обойти в высокогорье невозможно. Я привык к трудностям, но привыкнуть к красоте, открывавшейся с высоты почти километрового крутого утеса, наверное, не смог бы.

Вот бы поставить здесь палатку и пожить пару дней, просто так пожить. Ради того только, чтобы любоваться красотой. Но рядом не было воды. В этом вся сложность. В горах каждый лишний килограмм в рюкзаке — повод для серьезных раздумий, особенно после таких почти отвесных подъемов, который только что остался у меня позади.

Когда время привала вышло, я с сожалением покинул утес.

То что предсказал мне мой старый учитель оправдалось. Я вошел в лесное болото и был вынужден то и дело сверяться по компасу. Спустя полчаса погода испортилась. Как это часто бывает в горах, небо по скорому затянуло темными низкими тучами, резко похолодало.

Налетел порывистый ветер с дождем, стало темно. На душе возникло труднообъяснимое чувство беспричинной тревоги.

АнДем- Безумный ангел

Компас вел себя нормально, стрелка устойчиво показывала выбранный мною азимут, но внутри меня настойчиво возникали подозрения, что я иду совсем не в том направлении, куда мне было. Я знал что мне надо было идти на северо-восток. Была вторая половина дня и солнце должно было находится по левую руку от меня, а оно светило сквозь тучи с правой стороны. Из-за магнитных аномалий это бывало, хоть и не часто, но солнце никак не могло меня обманывать.

Немного подумав, я решил ориентироваться по солнцу. Тучи то сгущались, то немного расступались и это сбивало меня с толку. Компас показывал другое направление, но подумав, я определился что будет надежнее в этом случае довериться солнцу, но не компасу.

Жестоко заболела и начала кружиться голова. Обессиленный, я закрыл глаза руками и тут уже только понял, что у меня начался сильный морок. Морок — Толковый словарь В. Морок — тактильное, акустическое, визуальное искажение восприятия. Морок — это всегда иллюзия. Крайне, надо сказать, неприятная это штука! Морок обычно начинается у человека в то время, когда он.

Если у кого была слабая нервная система и он поддавался страху, то морок, почувствовав что человека возможно сломать непременно начинал давить на сознание все сильнее и сильнее, усиливаясь до тех пор, пока напрочь не отключит разум.

Пользователь Безумный.Ангел

Я стал внимательно читать вслух лучшее средство от морока, молитву Иисусову: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешного. Я достал компас и крепко выругал себя: Ночевки в лесу под открытым небом я не боялся; но ночевать на болоте, где кругом по колено вода и более-менее сухо только если попадаешь ногой на корни деревьев, было делом не из легких.

Ни костра не развести, ни устроиться поудобнее. Выправил направление по компасу и усилием воли успокоил себя: Но что случилось — то случилось. Пространство вокруг меня заметно напряглось. Когда я вышел на берег Мертвого озера, то понял, что о сильной аномальности этого места Александр Петрович говорил мне не зря.

Озеро находилось на территории охраняемого заповедника. В ближайшей сотне километров не было ни одного человека. Ветер и дождь утихли, но тучи не рассеялись. От быстро наступающего вечернего полумрака ощущение мрачности места лишь усилилось. Стояла ничем ненарушимая тишина. Вполне обычная для этих глухих удаленных от цивилизации мест, но это была не простая тишина. Она была осязаемой и это пугало меня… В этой тишине не было слышно пения птиц.

Возникло предчувствие необъяснимого ожидания встречи с неизвестностью. Из озера, как это часто бывает в горах, вытекала небольшая река.

безумный ангел безумные знакомства

Я не без труда пересек её спустившись на полкилометра ниже по её течению, вышел по левому берегу реки на твердую каменистую почву и сразу же наткнулся на хорошо набитую тропу, которая привела меня к избушке, принадлежавшей Алтайскому государственному заповеднику. Я достал из рюкзака фонарь, включил его, бегло осмотрел то, что находилось внутри.

безумный ангел безумные знакомства

На столике и на длинной полке под потолком стояло множество разной мелкой и крупной посуды: Из-за течи, которую дала крыша, покрытая рубероидом, привезенным сюда, очевидно, на лошадях еще около десяти лет назад, северный угол избушки прогнил. В образовавшиеся отверстия между бревнами я без труда просунул руку.

Жестяная печь от сырости проржавела насквозь и была совсем непригодна. Мука, по традиции подвешенная к потолку на тот случай, если случайно на избушку выйдет заблудившийся изголодавшийся путник, испортилась от попавшей на неё влаги. В избушке было сыро неуютно и дурно пахло, но выбирать мне было не из. Времени на размышления тоже не было ни минуты.

В пасмурную погоду в горах темнеет очень. Как можно скорее я набрал в лесу побольше мха и наскоро заткнул им те отверстия в стене, откуда продувал ветер. В темноте снаружи избушки ногой наткнулся на что-то стеклянное.

По запаху понял, что они были наполнены керосином. Завернувшись в палатку на случай, если ночью начнется дождь, я лег на нары и почти мгновенно уснул. Усталость и значительные перегрузки от переходов в горах творят с человеком чудеса.

Можно крепко уснуть даже сидя под деревом и выспаться в таком сидячем положении за час или же полтора часа сна, а тут нары из жердей — царское блаженство да и только!

Но долго спать мне не пришлось.

Андрей Вишневский — БЕЗУМНЫЙ АНГЕЛ ПИНОККИО. ТЕАТР

Нет, на улице вовсю продолжал гулять ветер, который даже усилился — звуки ветра я слышал хорошо. Но тишина… Так было внутри души моей тихо, как у меня не было никогда. Возникло искушение встать и зажечь керосиновую лампу, но по опыту я знал, что так поступать. Даже если в походе всю ночь не спится, что тоже от перегрузок возможно, надо заставлять себя лежать неподвижно, чтобы тело успело восстановить силы.

Я начал читать краткие молитвы и поймал себя на мысли, что внутри меня происходит что-то необыкновенное. Внутри меня оживало прежде мне неведомое ощущение.

Нет, я не видел видений и не слышал слов, но ясно почувствовал, что-то произошло со временем. Время — именно оно в эту ночь остановилось для. Я прислушался к тому новому что стало открываться и уж не знаю как, но дух мой переместился в прежде незнакомую для меня область мистических ощущений.

Я ничего не видел ни вне, ни внутри себя, но ясно осознавал, что нахожусь в приемной, в которую меня приняли. Это был хороший знак. Раз место приняло меня в первую же ночь, значит, очень и очень возможен скорый контакт. Я чувствовал что контакт наверняка состоится, но я не мог даже отдаленно себе представить, каким он будет? Как это будет происходить? И наконец, самое важное — что мне поручат? Но ничего не происходило. Я чувствовал себя так, как будто некто таинственный, великий и могучий изучает мою душу.

Внимательно, немигающим взором смотрит внутрь меня и ждёт. Но чего он ждёт? Этого я не. Молить, просить, показывать своим видом, что я желаю перейти к осмысленному живому общению — я хорошо знал это — было совершенно бессмысленно. Тот, кто смотрел на меня, тот, чью силу и власть я так ясно начал чувствовать в эту ночь внутри себя, не терпел, когда его о чём-то начинали просить без разрешения на это с его стороны.

Опыт всех прежних моих исследований в области необъяснимого подсказывал мне мысль что тот кто сейчас изучал и испытывал меня, должен сам первым заговорить со мною… Какой же я был глупый тогда… Разговор уже шел, мое обучение уже начиналось, но оно происходило не на привычном мне языке, но на языке ощущений.

Не было произнесено внутри меня ни единого слова за эту, показавшуюся мне тогда бесконечной ночь, но речь шла о блаженстве, о том самом блаженстве, которое находится ЗА пределами этого мира и за пределами этого времени. Если ночь кажется бесконечной и сознание лишено сна, то это обычно связано со страданиями или же болезнью бессонницы, но у меня было не. Я словно удалился с земли, словно переместился в то самое место, которое иначе как Царствием Небесным, пришедшим в силе, и не назовешь!

И мне стало совсем неважно, что избушка гнилая, что печки нет, что продуктов всего на полмесяца и комары ни на миг не умолкающей тучей звенят над моей головой. То, что происходило внутри меня — с лихвой окупало все лишения. Даже если бы возможности контакта не существовало в принципе, ради только одного этого внутреннего наслаждения, что так неожиданно пришло ко мне в эту ночь, можно было остаться и продолжать жить здесь до тех пор, пока меня отсюда не попросят егеря, раз в несколько месяцев делающие обход Мертвого озера по регламенту.

Впрочем, егеря могли не появиться и в течение года. Ночь хотя и казалась мне бесконечной, но она подчинялась земному времени и поэтому, повинуясь повелению Бога, мало по малу завершала свое обычное течение.

Краем глаза я видел, что на улице наступали первые признаки рассвета, но комары не давали мне выглянуть из под палатки в которую я закутался как мотылёк в кокон.

Я лежал в привычной для меня позе, на животе, слегка приподняв свое тело на локтях, отгонял руками кровососущих и так, незаметно для себя, только лишь на рассвете уснул. В словах своих я не всегда ль грешу?

И как мне гордостью в словах не согрешать? Смотрю с печалью в прошлое свое, Вопросов много…, а ответов. Болит душа и знает наперед, Что лишь по смерти получу ответ. И там узнаю цену всем словам, Тем, что поспешно, гордо говорил И осужу в себе, наверно, сам То, что при жизни я в себе не осудил.